Я не тот, кто проживает жизнь за лайки и лавэ,
Люди слушают творенья мне фартовано душе.
Я пробиваю стены, доношу людской уклад,
Ну а те, кому я в тягость, слушайте тогда набат.
Мои строчки как патроны убивают наповал,
Рвут нутро людской породы им не в масть, но я попал.
Не молю я о признании, я по жизни так живу,
Дарован Господь понятия, их в душе я берегу.
Шагал и буду шагать, шагал и буду шагать,
Буду рушить всё блатное.
Дышал и буду дышать, дышал и буду дышать,
Искореняя всё гадкое.
У нечистых на душе, у нечистых на душе
Со стороны всё видно.
Их зависть чёрная жжёт, их зависть чёрная жжёт,
Харкая в спину гнилью.
В сердце шрамы и осадок, подбираю я ключи,
Разряжаю в дверь обойму, чтобы правду донести.
Я не жду аплодисментов, не для глянца я живу,
Но для тех, кто падок на зло, я патрончик берегу.
Не молю я о признании, я по жизни так живу,
Дарован Господь понятия, их в душе я берегу.
Пусть несутся мои строки сквозь любую ложь и гладь,
Как бы не было мне тяжко, продолжаю я шагать.
Шагал и буду шагать, шагал и буду шагать,
Буду рушить всё блатное.
Дышал и буду дышать, дышал и буду дышать,
Искореняя всё гадкое.
У нечистых на душе, у нечистых на душе
Со стороны всё видно.
Их зависть чёрная жжёт, их зависть чёрная жжёт,
Харкая в спину гнилью.
Шагал и буду шагать, шагал и буду шагать,
Буду рушить всё блатное.
Дышал и буду дышать, дышал и буду дышать,
Искореняя всё гадкое.
У нечистых на душе, у нечистых на душе
Со стороны всё видно.
Их зависть чёрная жжёт, их зависть чёрная жжёт,
Харкая в спину гнилью.
